Salonalla.ru

Женская красота и Спорт
1 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Муж заразил меня вич

Личная история: муж заразил меня и нашу дочь ВИЧ-инфекцией

20 февраля 2020

В конце декабря 2018 года, когда вокруг царила предновогодняя суета и все были в праздничном настроении, у меня случился выкидыш. Я попала в больницу. После выписки мне позвонила медсестра и сообщила, что есть подозрение на ВИЧ. Необходимо было сдать анализы повторно. Я была уверена – это явная ошибка: я никогда не употребляла инъекционные наркотики, мой единственный половой партнёр – мой муж, и я всегда проверяла стерильность инструментов, когда ходила на маникюр. Но результаты снова были положительными и показали, что я в этом статусе уже примерно пять-шесть месяцев. Муж и девятимесячная дочь тоже должны были пройти проверку. Результат мы ждали две недели, и каждую минуту я молилась, чтобы малышка оказалась здоровой. Но чуда не случилось. Выяснилось, что муж заразился раньше меня, и тогда стало ясно – от кого мы все заразились ВИЧ. Супруг инфицировал меня через сперму, а я дочку – через грудное молоко. Я не знала, как жить дальше – плакала и днём, и ночью. В голове постоянно прокручивала сценарий, как и когда мне придётся сказать моей малышке, что у неё ВИЧ. Во мне бушевала буря эмоций: я злилась на мужа, ненавидела его и в то же время переживала за всю нашу семью, больше всего, конечно, за дочь. Я не знала, как с этим всем справиться.

«Если лечиться, моя дочь сможет жить полноценной жизнью»

В Центре по профилактике и борьбе со СПИДом мы узнали о антиретровирусной терапии. Оказывается, современная медицина позволяет полностью восстановить функцию иммунной системы, снизить риск развития тяжёлых заболеваний, уменьшить число осложнений и продлить жизнь людей, живущих с ВИЧ. А ещё терапия настолько подавляет вирус, что инфекцию невозможно передать половым путём или через кровь. Значит, моя дочь сможет жить полноценной жизнью и, если захочет, сможет выйти замуж за здорового человека.

«Мой статус никак не повлиял на дружеские отношения»

Все препараты мы получаем бесплатно – они входят в перечень гарантированных медицинских услуг и оплачиваются из госбюджета. Раз в квартал нам перечисляют 12 500 тенге на человека в качестве социальной помощи. Психологическую, юридическую и волонтёрскую поддержку оказывает Общественный фонд «Жизнь вопреки». Мы начали знакомиться с другими ВИЧ-положительными, которые работают в разных сферах. Я вступила в сообщество ЛЖВ (люди, живущие с ВИЧ), мы тесно общаемся и морально поддерживаем друг друга. Это очень помогает и подбадривает.

«Антиретровирусная терапия – это наша защита»

Через полгода я вновь забеременела, хотя мы этого не планировали. Врачи провели обследование и сказали, что для беременности ещё пока рано. Пройдёт время, антиретровирусная терапия даст свои результаты, мы ответственно подготовимся и сможем родить здорового ребёнка. Я пришла в перинатальный центр, чтобы сделать аборт. Вы бы видели, как шарахнулась от меня медсестра, когда я протянула ей справку, что у меня ВИЧ. Будто я сейчас чихну и заражу её. Неужели я должна объяснять медперсоналу, что ВИЧ не передаётся воздушно-капельным путём или через прикосновения, слёзы, слюну, пот или мочу?!

Если даже сотрудники медицинских учреждений боятся ВИЧ-положительных, чего уж ждать от других?! Большинство даже не знают, чем отличается ВИЧ от СПИДа. Поэтому хотелось бы, чтобы люди не верили в мифы, владели достоверной информацией и не превращали нас в изгоев общества. Благодаря терапии мы абсолютно безопасны для окружающих.

Психологи центра советуют рассказать дочери про её особенный статус к 10 годам. А пока я буду её готовить – порционно давать информацию о ВИЧ. В целом, наш образ жизни сегодня ничем не отличается от того, что был до диагноза. Я рада, что нашла именно такой выход из ситуации: не обозлилась на мир и мужа, а про наши депрессии мы уже забыли. Как оказалось, мы гораздо сильнее, чем кажемся. И теперь я точно знаю: ВИЧ – это не приговор!

Телефон доверия Казахского научного центра дерматологии и инфекционных заболеваний: +7 (727) 397 42 06

ЗДЕСЬ — анкета и памятка на ВИЧ.

Телефоны доверия Центра СПИД г. Алматы: +7 (727) 329 30 73, +7 (727) 329 31 73

Живущая с ВИЧ: «Мы решились на ребенка. Но если бы я заразила мужа, мне бы грозил срок»

1 декабря 2016 в 16:39
Елена Салапура, TUT.BY

«У меня счастливая семья, мы с мужем любим друг друга, но в один миг все может прекратиться». Жительница Светлогорска столкнулась с неизлечимой болезнью, потеряла любимого и сама оказалась на волосок от смерти. Сегодня у неё счастливая семья и двое детей, но ей через многое пришлось пройти, чтобы обрести это.

Снимок носит иллюстративный характер. Фото: Reuters

Со своим будущим мужем Полина начала встречаться еще в школе. Молодым людям тогда было по 15 лет, поженились на третьем курсе университета, вскоре родился первенец.

Семья жила в достатке. Полина по образованию учитель физики. Школу окончила с золотой медалью, университет — с красным дипломом. Муж по профессии механик-инженер. Чтобы семья ни в чем не нуждалась, работал на двух предприятиях. О вероятности ВИЧ никто из супругов даже не задумывался. Симптомы у мужа Полины проявились спустя семь лет совместной жизни. Он стал ощущать слабость, постоянно держалась температура 37,6. Сдал анализы — они показали ВИЧ-положительный статус.

— Мы живём в Светлогорске. Тема ВИЧ для нас открытая. Однако подумать, что кто-то из близких болен, я не могла. Была в шоке, не знала, что делать. Анализы мужа показали, что в его организме всего лишь 3% здоровых клеток из 100. Врачи сказали, что он болен минимум 10 лет. Сразу же направили меня на анализы, но я отказалась. Боялась, наверное, не знаю. В тот момент для меня был важен любимый человек. Я всем говорила: «Сначала его вылечу, потом мы вместе начнём принимать терапию, если у меня тоже обнаружат ВИЧ».

У мужа Полины выявили туберкулёз. Несмотря на это, женщина не теряла надежды на то, что он поправится. Ездила с ним по больницам, дежурила у постели, когда стало совсем плохо. Видела, как он медленно терял силы, но не переставала верить в выздоровление.

Снимок носит иллюстративный характер. Фото: Reuters

— Меня спрашивали, хочу ли я подать заявление в суд о том, что он не предупредил меня о своей болезни (и возможно, заразил), но у меня даже в мыслях такого не было. Мы любили друг друга. У нас были хорошие отношения. Он работал. Ни я, ни мой ребенок никогда ни в чем не нуждались. Главным для меня было его выздоровление, но, увы, болезнь взяла верх.

«Собственная судьба и здоровье были мне безразличны»

В декабре 2008 года муж Полины умер. Женщина замкнулась в себе, о собственном здоровье даже не думала. Мама Полины силой завела ее к врачу, чтобы та назначила лечение. Полина тоже оказалась больна — 9% здоровых клеток из 100. Врачи удивлялись, что с такими показателями нет никаких заболеваний. Говорили, что, вероятно, просто повезло.

— Я тогда еще не осознавала всей серьезности ситуации, хотя проблемы были. Мой кабинет в школе был на 3 этаже, и чтобы дойти до него, я делала пять остановок. Не знаю, как мои родители выдержали все то, что выпало на их долю. Я никого не слушала, кричала. Уходила курить, когда они просили не делать этого. После смерти мужа своя собственная судьба и здоровье были мне безразличны. Хотя мне было ради кого жить. У меня осталась дочь. Но в тот момент я не могла ухаживать за собой, не то что за ней.

На очередном обследовании в Гомеле врач рассказал Полине о сообществе людей, живущих с ВИЧ в Светлогорске. Там с такими людьми, как она, работают психологи, рассказывают, как жить с диагнозом. Женщина решила обратиться за помощью в эту организацию.

Снимок носит иллюстративный характер. Фото: Reuters

— В РОО «БС ЛЖВ» (Республиканское общественное объединение, белорусское сообщество людей, живущих с ВИЧ) я познакомилась с такими же людьми, как я. С теми, кто уже около 20 лет живет с ВИЧ, принимает терапию и нормально себя чувствует. В течение двух месяцев со мной работал психотерапевт, который заставил поверить в себя и вернул к жизни. Он говорил, что человеку дано ровно столько, сколько он может вынести, и любое испытание, в том числе и болезнь, для того, чтобы он переосмыслил свою жизнь. Спустя время я действительно осознала, что психотерапевт прав. Мы с мужем думали только о том, чтобы заработать побольше денег, чтобы был достаток. Здоровье нас не интересовало.

Отдыхая в санатории, Полина познакомилась с мужчиной, который помог ей почувствовать себя не ВИЧ-инфицированной, а просто женщиной. Он начал ухаживать за Полиной, но преградой был возраст. Ему 20, а ей — 32.

— Я понимала, что между нами ничего быть не может. Чтобы прекратить отношения, решила рассказать ему о своём статусе. Была уверена, что он испугается и мы больше не увидимся. Но нет. На следующий день после разговора он пришел ко мне с букетом цветов. Я подумала, что парень просто не знает ничего об этой болезни, стала рассказывать, литературу показала, всё объяснила. Он сказал: буду с тобой.

Читать еще:  Муж ушел к подруге

Пара рассталась спустя 8 месяцев, а спустя некоторое время женщина снова встретила мужчину, который стал оказывать знаки внимания. Он ей самой очень понравился, но в голове была только одна мысль: ВИЧ.

Снимок носит иллюстративный характер. Фото: Reuters

— Я подумала: «Один принял мой статус и не отвернулся, но второй точно не станет общаться». Посадила его, рассказала все, после разговора он уехал. Думал неделю. Потом пришел ко мне и сказал, что хочет подробней узнать о ВИЧ. Что за болезнь? Как с ней жить? Как можно заразиться? Я рассказала. После он познакомился с людьми, которые живут с ВИЧ. В итоге спустя месяц после того, как узнал о болезни, сделал мне предложение. Я согласилась.

«Муж следит, чтобы я больше отдыхала»

Пара в браке уже 5 лет:

— Он всегда рядом, во всем поддерживает. Постоянно интересуется моим самочувствием, следит, чтобы я больше отдыхала. Делает для меня очень много, и я благодарна ему за все.

Спустя несколько лет пара решила родить ребёнка. Полина как волонтер сообщества живущих с ВИЧ участвовала в конференции, где узнала: для того чтобы ребенок родился здоровым, мужу необходимо также начать терапию (даже если он здоров). Пара обратилась с этим вопросом в поликлинику. Там ответили: «На Западе такое практикуют, а у нас нет». В терапии мужчине отказали. Тогда он предложил Полине забеременеть естественным путем.

— Я была категорически против. Это большой риск. Предлагала искусственное оплодотворение. Муж ничего слушать не хотел. Говорил: «Это мой первый ребёнок, и я хочу, чтобы он был зачат естественным путем». В УК РБ существует статья № 157 об умышленном заражении человека ВИЧ, но меня останавливала не она. Я не хотела пережить то, что переживала в браке с первым мужем. Здоровье было для меня важнее всего.

Снимок носит иллюстративный характер. Фото: Reuters

Беременность Полины все же была естественной, муж при этом не заразился. Женщина говорит, что за такой подарок можно благодарить только Бога. У пары родилась девочка. Чтобы она была здоровой, Полина тщательно выполняла рекомендации врачей на протяжении всей беременности, принимала терапию. В течение пяти дней после родов терапию получал и ребенок. ВИЧ у него не обнаружили.

Сегодня Полине 38 лет, она полна сил и энергии. Столкнувшись с диагнозом, она действительно по-другому посмотрела на жизнь. Единственное, чего боится Полина сейчас, — оказаться в тюрьме по ст. 157 УК РБ (Заражение вирусом иммунодефицита человека). Если бы муж Полины заразился, ей бы мог грозить тюремный срок, несмотря на то, что мужчина женился, зная её статус, и сам предложил родить ребенка. Он говорил врачу, что может заверить у нотариуса документ о том, что не имеет никаких претензий к Полине в случае заражения. Но мужчине ответили: «Закон есть закон».

— Даже если вы живете с мужем и все в вашей семье хорошо, то заявление могут подать его родственники, врачи. На мой взгляд, это неправильно. У меня счастливая семья, мы с мужем любим друг друга, и в один миг все может прекратиться. Может ли государство или кто-то другой решать за нас?

Отец ВИЧ-диссидент о своей болезни не сказал и заразил жену и ребенка

Жена умерла, а вот ребенка ВИЧ+ усыновили. Свою кровную маму Даша нашла, но впервые увидела на похоронах

Фото с сайта elpais.com

Историю усыновления ребенка ВИЧ+ рассказывает приемная мама.

Муж убедил отказаться от терапии

Даша – ребенок, о котором говорят «родился в любви». По ее истории можно снять фильм. Отец и мать любили друг друга, но у брака были препятствия, и даже несмотря на беременность Дашиной мамы, молодым людям пришлось расстаться.

Вскоре мама Даши встретила другого мужчину, который ее поддержал и сделал предложение. Но жених оказался ВИЧ-положительным. Она и ребенок успели заразиться.

Для матери Даши это было таким потрясением, что сперва она написала отказ, а когда опомнилась, ребенка возвращать не стали. Так ее и выписали: без ребенка и с диагнозом.

Безрезультатно пыталась она узнать о судьбе дочери. Жизнь оборвалась в 28 лет – муж, ВИЧ-диссидент, убедил отказаться от терапии.

Именно из-за своего диссидентства этот мужчина не сказал матери Даши и о своем диагнозе: ведь такого вируса нет, значит, и болезни нет.

Она умерла, так и не успев встретиться с Дашей, которую не прекращала искать и нашла за несколько месяцев до смерти.

Даша говорила с мамой по телефону (жили в разных городах), ждала каникул, чтобы увидеться, но встретилась на похоронах. Около часа Даша не отходила от маминого гроба, вглядывалась, впитывала каждую черточку, чтобы запомнить навсегда.

Катя, приемная мама 12-летней Даши с ВИЧ+.

В том детдоме дети умирали как мухи

Фото с сайта steemit.com

— Не держит ли Даша обид на своих родителей, на «судьбу»?

— Даша очень светлый человек, и любит маму. Ей не сложно было простить, она понимает, что ее родители сами — жертвы. У нее две мамы, родная и я. И обе ей очень дороги.

— Как Даша попала к вам в семью?

— О Даше мы узнали от волонтеров, они посетили детский дом, в котором творилось что-то странное, и предложили забрать ее. Приехали за ней, а местный врач стал отговаривать, мотивируя тем, что она все равно не жилец: уже трое таких умерли.

Когда мы увидели, как содержали малышей, у нас волосы на голове зашевелись. Персонал жил в страхе заразиться, потому детей толком не мыли – выставляли под проточную воду и надевали на сутки памперс (год мы лечили последствия такой гигиены).

Но самое ужасное, что назначения врачей районного СПИД-центра не соблюдались, а лекарства без разбора, кому что назначено, добавлялись… в кашу.

Расчет простой: дети голодные – съедят. Но один из сиропов был горьким, у кого-то голод побеждал и дети ели, но Даша не могла. В итоге она осталась без еды и, главное — без лечения. У нее возникла большая вирусная нагрузка и огромный дефицит веса. Жить ей оставалось, действительно, недолго.

То, что она выкарабкалась – чудо. Я благодарна врачам нашего СПИД-центра, которым удалось снизить нагрузку до неопределяемой и спасти Дашу. Все это происходило больше 10 лет назад, после того случая за детдомами и домами ребенка начали следить, и слава Богу, сейчас такое отношение скорее исключение, чем правило.

«Мы жили одним днем»

Изображение: РИА Новости

Когда мы забирали Дашу, сказали себе, что если она умрет, то сможем хотя бы похоронить по-человечески. И дальше каждый день проходил – как день жизни, счастливой жизни, который ценен сам по себе, а не на перспективу.

Я говорила себе – даже если ей осталось немного, пусть она проживет эти дни счастливо. Пока Дашино состояние не стабилизировалось — где-то год, мы жили, не заглядывая вперед.

Сейчас Даша живет нормальной жизнью – учиться в школе, всерьез занимается музыкой и танцами. Она наш моторчик. В ней столько любви и готовности ее отдавать, что это заряжает энергией всех. Я не знаю о ней и других своих детях, сколько они проживут, но надеюсь, что их дни будут наполненными любовью и счастьем.

— Вы сами не боялись диагноза?

— Когда волонтеры показали мне фото, я поняла, что это моя девочка, и я просто не смогу оставить ее там. Конечно, было страшно, я почти ничего не знала и переживала не только за себя – у нас уже были дети.

Тогда я поехала к врачу СПИД-центра, он все объяснил. Но как человеку мнительному, мне показалось, что лучше два мнения, чем одно, и мы с мужем съездили еще в один СПИД-центр. После того, как досконально разобрались в вопросе, страх ушел.

— Не возникало ситуаций, где вы терялись и не знали, как быть?

— Это сейчас кто-то из детей может доесть за Дашей яблоко, пить из одной кружки, но первый месяц, пока еще вирусная нагрузка не снизилась до неопределяемых значений, бывали моменты паники. Помню старшие дети, уже выросшие из пеленок, увидев бутылочку-соску, начинали наперебой за ней охотиться.

Как-то, зайдя на кухню, я увидела, как Полина пьет из Дашиной бутылочки. Я распереживалась и позвонила врачу. Но она меня успокоила – так ВИЧ не передается.

«Мы сказали дочери о диагнозе после похорон матери»

Фото с сайта huffpostmaghreb.com

— Как вы сказали дочке о болезни?

— После похорон Дашиной мамы нам удалось поговорить на эту тему. Она переживала, ей было важно знать, почему мама умерла молодой. Я объяснила, что это случилось из-за того, что мама не пила лекарства, а на терапии человек живет долго. Поэтому Даша очень ответственно относится к лечению.

Читать еще:  Замуж за таджика

Больше всего ее волновало, сможет ли она иметь семью и детей. И обрадовалась, узнав, что сейчас терапия это позволяет: есть много счастливых пар, у которых рождаются здоровые дети, и супруг не заражается.

— Скрываете ли вы статус ребенка от окружающих?

— У нас замечательная опека и поликлиника. Я не раскрываю диагноз без необходимости, но и не склонна излишне скрытничать. Когда мы пошли в детсад, я рассказала директору, медсестре и воспитателю. Поначалу опасалась их реакции, но ничего, кроме доброжелательного отношения и поддержки, не встретила.

Также было в школе и на кружках.

Знают все близкие друзья, в которых я уверена, что они не будут попусту болтать. Но я не посвящаю в диагноз Дашиных одноклассников или друзей.

Это ее жизнь, и когда она вырастет, то решит – стоит ли рассказывать об этом всем или узкому кругу.

— Что вам кажется самым главным в проблеме ВИЧ, о чем нужно знать?

— У нас по-прежнему многие считают, что ВИЧ – это проблема маргинальных слоев общества или людей нетрадиционной ориентации. А заражен ли человек, определяют «по внешности», статусу: «он не похож на больного».

Однако достаточно пройтись по СПИД-центру, и встретишь таких же людей, с кем едешь в метро, работаешь, учишься. Они выглядят совершенно здоровыми. Поэтому ожидание, что ВИЧ — болезнь маргиналов, или что о болезни можно сказать по внешнему виду – устарелый стереотип.

Лично для меня из-за Даши и ее мамы важна тема ВИЧ-диссидентства. Есть целые сообщества, пропагандирующие, что ВИЧа нет, это все заговор фармацевтических компаний. Последствия самые трагические: не сообщая партнеру о болезни (чего сообщать, если ВИЧа нет) заражают его, умирают сами.

Но хуже всего, когда лишают терапии ребенка с ВИЧ, неважно родного или приемного. В таких случаях, если вовремя не вмешаться, ребенок умирает, и таких случаев немало.

А есть и те, кто знает о своем диагнозе, но все равно не принимает терапию.

— Но зачем людям, признающим ВИЧ, отказываться от терапии?

— Бывает – не видят смысла в терапии, не верят в ее действие.

Как-то в СПИД-центре я разговорилась с двумя подростками, которые не хотели принимать терапию, потому что не ценят свою жизнь, им все равно, что будет дальше.

Они в активном поиске, они не будут предупреждать о ВИЧ, не будут предохраняться – им уже все равно. Они идут в отрыв и при этом не пьют лекарств, вирусная нагрузка у них огромная. Представьте, скольких они заразят.

К сожалению, такие ситуации не редкость, с ними нужно работать. Именно поэтому не нужно бояться говорить о ВИЧ.

МУЖ ЗАРАЗИЛ ВЕНЕРИЧЕСКИМ ЗАБОЛЕВАНИЕМ ИЛИ ВИЧ/СПИД❗

«Мужчина приходит на прием к врачу-венерологу:

— Доктор, моя жена заразилась сифилисом! Помогите!

Врач: — А почему ваша жена сама не пришла на консультацию?!

Мужчина: — Она об этом еще ничего не знает. »

Как говорится, это было бы смешно, если не было так грустно. А с учетом того, что в последние десять лет эпидемия смертельно опасного ВИЧ/СПИД активно шагает по планете в целом и России в частности, становится уже не просто грустно, а даже страшно. Потому что, в практике только моей работы, за последние десять лет приходилось сталкиваться с несколькими сотнями историй, когда супруги заражают друг друга венерическими заболеваниями, полученными как в результате случайных связей, так и от, казалось бы, «левых, но проверенных» постоянных внебрачных партнеров – любовниц/любовников. Причем, число жен, которые заразили своих мужей, стремительно растет: если раньше на 100% заражений венерическими болезнями в семье, в 85% источниками заражения были мужья и лишь в 15% жены, то сейчас, наверное, соотношение уже примерно 70% на 30%. Даже появился относительно свежий специфический дамско-венерический анекдот:

«Врач-венеролог смотрит результаты анализов на вид совершенно приличной молодой женщины, и с удивлением в голосе говорит:

— Извините, за нескромный вопрос: Где же вы поймали такой букет из целого ряда венерических заболеваний?!

Женщина: — На свадьбе своей лучшей подруги. »

Но так как, во внесении в семью венерических заболеваний, лидируют у нас, по-прежнему, мужья, поговорим сейчас, прежде всего, о них.

Оговорю сразу: то, о чем сейчас пойдет речь, это не столько моя личная или профессиональная позиция, сколько тот стандарт наиболее оптимального женского поведения, который постепенно сложился за последние десятилетия в подобных ситуациях. Оценивать ситуацию, и действовать так же, или как-то иначе – решать только вам самой.

Итак, некая законная супруга с удивлением и ужасом узнала, что родной муж заразил ее каким-то венерическим заболеванием. Что ей в данном случае делать? Как жить дальше и как выстраивать общение с виновным в этом мужем?

1. Муж заразил и сам ли сделал явку с повинной, самостоятельно сообщив о своей измене и своем возможном (или уже точном) заражении венерическим заболеванием, или он до последнего отнекивался и ничего не признавал. Или, даже, возможно, так ничего и не признал, вопреки всем фактам. Или более того, сам по-тихому уже вылечил себя, вел семейную интимную жизнь в презервативе и наблюдал за женой – «спаслась она от заражения, или нет?!». Или, что еще хуже – пытался вылечить жену и себя под каким-то благовидным предлогом, типа «от паразитов», «от грибка», «для профилактики молочницы», «для общего укрепления иммунитета», «от цистита-простатита» и т.д., желая остаться вне подозрений, упорно ничего не признавать и выставить жену в роли дуры. Обычно, первый вариант – путь к примирению, второй – к жесткой обиде и выяснению отношений.

2.Имеется ли у мужа явное раскаяние за содеянное, или он считает данный факт «ничем особенным», вины за собой не признает, прощения не просит. Или даже, сам нападает на жену, заявляя что-нибудь вроде: «Ты сама во всем виновата, так как давно не инициировала секс в нашей паре!». Или недоуменно пожимает плечами и говорит: «Ну и заразил! А что тут такого?! Много кто своих жен заражал, и, ничего – живут себе дальше! Так что успокаиваемся и живет себе дальше!» Понятно, что первый вариант ведет к мягкости, второй – к жесткости позиции жены.

3.Является ли данная измена первой со стороны мужа, или мужчина изменяет своей жене систематически? Если эта измена является явным исключением из правил семейной жизни в данной паре, можно отнестись к этому чуть спокойнее. Если же измены и заражения жены – это система стандартного мужского поведения, значит, нужна и системная борьба.

4.Принял ли на себя муж строгие обязательства «никогда-никогда не изменять» и поклялся в этом, или пытается спустить все на шутках и тормозах, не желая загонять себя в угол четкого выполнения стандартов правильного семейного поведения. Если он их принял, это позитивно. Если нет – негативно. Потому что, нет обещания – нет и никаких попыток мужского самоограничения в общении с противоположным полом.

5.Хорошим ли мужем и отцом в целом является данный мужчина? Кто он, как муж и отец? Работает и зарабатывает; несет все заработанное в дом, а не тратит на пьянки с друзьями и сауны; старается быть с семьей, любит детей, занимается ими, или сутками в телефоне или компьютерных игрушках; любит жену и проявляет инициативу в сексе в семье или сам месяцами уклоняется от интима в супружеской постели; проводит свое свободное время и отпуск с семьей, или все время норовит сбежать из семьи. Если у мужа была предшествующая положительная история, это позволяет простить его. Если же муж всегда являлся слабым местом семьи, ее балластом, и создавал только проблемы, жены могут быть более жесткими в своих решениях.

6.Нет ли у данного мужчины каких-то опасных черт в поведении и пагубных зависимостей? Даже житейски понятно: если мужчина – алкоголик или наркоман, склонен сутками пропадать в подпольных казино или ставках на спорт, ведет криминальный образ жизни, никогда не держит своего слова – верить в стабильность его поведения и обещания образцового поведения, мягко говоря, не стоит. Если же мужчина в целом стабилен и ответственен, то вероятность того, что он навсегда сделает правильные выводы из постыдно-венерической истории, очень высока и можно идти на примирение.

7.Откровенность мужчины при рассказе об обстоятельствах его заражения венерическим заболеванием и сами обстоятельства заражения. Одно дело, когда муж честно рассказал о разовой-двухразовой случайной связи в отеле в командировке или в сауне с проституткой. Другое дело – когда мужчина говорит о наличии многих случайных половых связей, когда он даже сам не понимает, от кого именно он заразился. Тут следует понимать:

Случайные половые связи на регулярной основе

– это уже устойчивая закономерность поведения.

И уж совсем неприятная ситуация, когда из-за заражения венерическим заболеваниям вскрывается многомесячная или многолетняя история со стабильной любовницей. На которую, кроме всего прочего, тратятся немалые деньги из семейного бюджета…

Читать еще:  Муж постоянно врет что делать

Кстати говоря, в последнее время, в практике работы семейных психологов, становится все больше заражений венерическими заболеваниями именно от любовниц с многолетним стажем. Дело в том, что некоторые любовницы, уставшие ждать, когда же их чересчур неторопливый любовник, после многих лет обещаний, все-таки уйдет из семьи, начинают устраивать свою параллельную жизнь с другими потенциальными кандидатурами на роль мужа. И очень философски относятся к своему возможному заражению так называемыми «легкими» венерическими заболеваниями (типа хламидиоза, уреаплазмоза, генитального герпеса, трихомоноза и т.д). Логично рассчитывая, что даже если они вдруг инфицируют своего женатого любовника, а он, в свою очередь – жену, то возмущенная жена, что муж заразил, выгонит его из дома и, наконец-то, прямиком отправит мужа жить к любовнице. О чем она и мечтает! (При этом, любовница может свалить всю вину за заражение на жену мужчины или на него самого).

Если же любовница к своему большому негодованию узнает, что у ее женатого любовника есть еще и другие любовницы (. ), то ее инфицирование «от обиды и из мести», тем более, всегда можно будет свалить на самого любовника, обвинив его в том, что это он сам заразился от других любовниц! И на этом основании получить от него примирительные материальные бонусы. Бросить его благодаря благовидному предлогу или вырвать его из семьи, когда он будет страдать от чувства вины по отношению к ушедшей любовнице! Или всегда обвинить самого мужчину в том, что он «кормит завтраками уйти из семьи» и потому он сам виноват, что любовница перестала ему верить и начала устраивать свою личную жизнь с другим мужчиной.

Таковы семь обстоятельств, которые обычно учитываются женами.

Сразу отмечу, что делить венерические заболевания на «легкие» (перечислены выше) и «тяжелые» (типа сифилис, ВИЧ/СПИД, гепатит В и С и т.д.), с моей точки зрения, смысла нет. Разумеется, вред здоровью и последствия от этих заболеваний глубоко различны. Но, если мужчина наплевательски себя ведет в случае с заражением венерическим заболеванием легкой степени тяжести, вины не признает, раскаяния нет, клятв верности не дает, ведет себя в браке проблемно, то риск того, что, однажды, он принесет в семью что-то уже смертельно опасное, к сожалению, очень велик!

Кроме того, знаю и не менее трагические истории, когда так называемые «легкие» венерические заболевания, передавшись жене от изменяющего мужа, оказывались «вишенкой на торте» к тем хроническим заболеваниям (не венерическим), что и так имелись у нее, вызвав заметное ухудшение ее здоровья, а иногда – инвалидность и даже смерть. Поэтому лично для меня, как психолога, разделение венерических заболеваний на «легкие» и «тяжелые», является очень условным. Конечно, ВИЧ/СПИД или гепатиты В и С, как диагноз, звучат страшнее! Но и другие заболевания передающиеся половым путем (ЗППП), иногда наносят не менее сокрушительный удар по жизни, здоровью и семье.

Также выскажусь и по поводу очень распространенной мужской практики откупаться» от тех жен, что были заражены мужем ЗППП. Точнее, по женской практике продавать своим мужьям право на измены с последующим заражением ЗППП. Эта практика показывает -Логика тут проста: муж заразил хламидиозом/уреаплазмозом – купи шубу и кольцо с бриллиантом и мы в расчете! Муж заразил герпесом или сифилисом – как честный человек отвези на Мальдивы/Сейшелы и подари новый автомобиль премиального класса. Не буду никого ни в чем переубеждать, но моя практика работы показывает:

Если жена позволяет мужу откупаться после заражения ее

сравнительно легкими ЗППП, то заражение ее смертельно опасными

болезнями, типа ВИЧ/СПИД, гепатитами В и С – вопрос времени.

И это понятно: ведь просто покупая себе саму возможность прощения, мужчина тем самым и покупает себе право на новые измены. Во всяком случае, до тех пор, пока у него есть на это деньги… Извините, но мне эта практика кажется порочной.

Теперь дальше. Выше я привел те семь обстоятельств, которые зараженные своими мужьями ЗППП учитывают, при принятии решения о судьбе брака. Практика тут такова и она изложена в схемах «шесть/один» и «пять/два».

Вариант «шесть/один» является идеальным. Если в пользу мужа работает шесть из семи пунктов, а против – всего один, однозначно следует сохранять брак.

Вариант «пять/два» является почти идеальным. Если в пользу мужа работает пять из семи пунктов, а против – два, сохранять брак все-таки рекомендуется.

Вариант (семь/ноль) – это просто чудо и в практике встречается крайне редко. Так как, в панике, даже многие в целом правильные мужчины, могут совершать какие-то ошибки. Или до последнего скрывать факт измены, или что-то утаить о ее подробностях.

Если же мужчина плохо выглядит по трем и более пунктов из перечисленных семи, сохранять брак, все-таки можно, но необходимо обставить его дополнительными поддерживающими конструкциями. Например:

1.Муж заразил-Предложить мужу составить такой вариант брачного контракта, в котором отражен комфортный для пострадавшей жены порядок раздела совместно нажитого имущества. При котором, в случае новой измены мужа, женщина (с ребенком) сможет без особого труда создать себе мало-мальски комфортные материальные условия жизни. Плюсом этой схемы является и то, что, зная о своих материальных и финансовых рисках, мужчины, в будущем, будут лучше удерживать сами себя от глупостей измен.

2.Муж заразил-Предложить мужу переписать какие-то объекты недвижимости с себя на совместного ребенка (детей) , чтобы защитить их интересы в случае возможного развода.

3.Предложить мужу написать «Гарантийное письмо», в котором он пишет примерно следующее: «Я, ФИО, признаю себя виновным в измене жене с последующим ее заражением ЗППП, раскаиваюсь в содеянном, обязуюсь в дальнейшем исключить любое личное или виртуальное общение с женщинами с эротическим подтекстом, общаясь только на профессиональные темы. В случае нарушения данного обязательства, беру вину за разрушение нашей семьи на себя, и не буду выступать против расторжения брака».

Подобное письмо, хранясь у жены, мотивирует провинившегося муж начать более ответственно относиться к своему поведению в браке. Ведь, в противном случае, если случится развод по его вине, о факте постыдного поведения мужчины узнают его родители, друзья, дети.

4.Потребовать у мужа, чтобы он взял жену к себе на работу (особенно – в бизнес мужа), так как это позволит снизить риск вероятности новых измен. Это особенно полезно, если муж изменил жене со своей коллегой по работе или подчиненной.

5.Потребовать от мужа введения в семье режима «полной прозрачности», когда супруги знают пароли друг друга от телефонов, социальных сетей, мессенджеров. Не ходят по гостям друг без друга, отдыхают и проводят отпуска только вместе. Отчитываются друг перед другом в доходах и расходах. Оба супруга носят обручальные кольца и четко обозначают на фото на аватарках и в социальных сетях наличие жены и детей (мужа).

6.Потребовать от мужа четкого подтверждения того, что он прекратил отношения с любовницей : позвонил ей или написал при жене; уволился с той работы, где завел любовницу; корректно уволил ее из своей фирмы (выплатив все положенные выплаты), заблокировал ее везде в контактах, стер все ее фото, выбросил ее подарки и т.д.

7.Кардинально поменял свою жизнь: избавился от алкогольной или наркотической зависимости; перестал общаться с проблемными друзьями; отказался от анти общественной или криминальной деятельности; изменил график работы (отказался от командировок) или даже ее поменял; начал быть более активным в семейном интиме и досуге с женой и детьми; наконец-то взял ипотеку и купил квартиру побольше, где будут более комфортные условия для секса в семье и т.д.

Мои наблюдения показывают: Если мужчина любит свою жену и детей, имеет совесть и настрой сохранять брак, то он идет на большую часть данных предложений жены (их набор в каждом конкретном случае имеет свою специфику). В этом случае, даже после измены и заражения супруги тяжелым ЗППП (вплоть до гепатита или ВИЧ), семья имеет шансы не только на формальное сохранение, но и на улучшение отношений в паре. В том числе – супруги заводят и счастливо растят вместе еще детей.

Если же изменяющий муж, заразивший жену ЗППП, не только не считает случившееся проблемой, но и не собирается ничего менять в браке, не помогает своей жене преодолеть огромные морально-психологические проблемы, связанные с ее шоком от измены мужа, не стремится повысить уровень ее доверия к себе, степень защищенности семьи от новых подобных инцидентов, женщине следует занять более твердую позицию. Конечно, кто-то в этих условиях пойдет по схеме «продаже своей боли за деньги». Но, мне такая схема представляется ошибочной. Гораздо правильнее строить семью, базирующуюся не на позиции «хозяин-рабыня», а на равных и взаимно честных отношениях в паре. И если для этого нужно бороться за свои права, это следует все-таки сделать.

Статья : Муж заразил венерическим заболеванием или ВИЧ/СПИД понравилась?

Мой видео совет вы можете посмотреть по с сылке

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector